ТАКТИЧЕСКАЯ СТРАТЕГИЯ

Без "кнута и пряника"
Нурали Латыпов, политолог
Московский комсомолец, 14.10.2005, с. 6


Введение Евросоюзом экономических санкций против Ташкента, а также отказ США выплатить Узбекистану долг за использование военной базы Карши-Ханабад наглядно продемонстрировали особенности западной демократии в отношениях со странами-партнерами. Оказалось, что пресловутая политика "кнута и пряника" предусматривает применение вполне реального кнута, как только интересы того или иного государства разойдутся с американскими.
США имеют некоторые основания считать себя победителями в глобальном противостоянии. Но даже ресурсов сверхдержавы не хватает, чтобы в одночасье втянуть в свое хозяйство все земли, еще недавно ей противостоявшие. Ну, если все сразу не съесть - можно заготовить лакомый кусочек впрок.

Американцы "заготовили впрок" уже многие страны бывшего СССР. Правда, у этой стратегии есть своя хитрость. Страна получает вроде бы выгодную подкормку - то деньги, то участие в лакомых проектах. Тактически местные правители выигрывают: какая-нибудь наболевшая задача решается без лишних усилий, и сами они улучшают репутацию в глазах народа (а порою и личное благосостояние).

Но заокеанский дар всегда обставлен особыми - стратегическими - условиями. Принять его можно, только оторвавшись от России, отпав от налаженных хозяйственных, научных и культурных связей. А новые связи, взамен разорванных, не выстраиваются. Денег на их создание внутри страны нет, а "щедрые заокеанские дядюшки" не дают. Не в интересах США растить развитые самостоятельные страны.

Американская стратегия довольно надежна. Ибо проста. Но именно в силу этой простоты в ней разобрались уже многие и постепенно учатся противостоять ей.

Пример с авиабазой Карши-Ханабад стал особенно показателен. Эта база была необходима США для войны с афганскими талибами. Руководство Узбекистана пошло навстречу просьбе американского правительства. Тем более, что сам Узбекистан противостоял талибам задолго до того, как США сочли их опасными.

возможность разместить войска в 200 км от афганской границы в тот момент была для Вашингтона поистине бесценной удачей. Поэтому на протяжении четырех лет США неизменно демонстрировали расположение к узбекскому руководству.

Но по окончании боевой фазы афганской oпeрации ханабадская база стала потенциальной угрозой для самого Узбекистана. Исламисты видят в ней представительство главного своего врага. Поборники безудержной демократии - идеал антиавторитаризма. И все же рассчитывают на нее, как на точку опоры, необходимую, чтобы перевернуть если не весь мир, то, по крайней мере, собственную страну.

Возможно, именно в качестве источника нестабильности база выгодна и самим США. Ведь только нестабильностью они могут и впредь оправдывать свое присутствие в Центральной Азии.

Примечательно, что американские военные были размещены на территории Узбекистана в соответствии с двусторонним соглашением, предусматривающим, что каждая из сторон имеет право выхода из него. Но стоило Ташкенту воспользоваться своим законным правом, ответ Вашингтона последовал незамедлительно. Американский сенат запретил Пентагону выплату Узбекистану 23 млн. долларов, ранее запланированных в бюджете. Причем руководство США не скрывает, что правительство Узбекистана не получит причитающиеся средства исключительно по политическим причинам,

По сути, западные санкции против Узбекистана - это попытка наказать страну, отказавшуюся следовать в фарватере американской политики и избравшую самостоятельный путь развития.

В Ташкенте сделали ставку на собственный рост. Причем Узбекистан уже не раз показывал умение отказываться от сиюминутных выгод в пользу долгосрочных перспектив.

Например, Киргизия фактически сняла таможенные барьеры - и местные челноки завалили весь внутренний рынок дешевыми товарами из соседнего Китая. Казалось бы, выгодно? Но под грузом грошового импорта встали все местные текстильные комбинаты, да и все прочее производство заглохло. Работать стало негде. Кто бы ни запланировал и ни организовал ошский взрыв - но материал для него в немалой степени подготовлен решениями высшего экономического руководства страны. Витрина демократии в Центральной Азии разбита булыжниками - оружием безработных.

Узбекские таможенные барьеры невысоки - куда ниже, нежели, например, на границах Европейского Союза, уверяющего всех в своей открытости. Но эти барьеры как раз достаточны, чтобы узбекская промышленность оставалась рентабельной и не развалилась под напором извне.

Узбекистану удалось сохранить привлекательность собственного рынка, что подтверждается стабильным ростом инвестиций в отрасли узбекской экономики. Только в легкую промышленность Узбекистана за последние десять лет привлечено более 900 млн. долларов иностранных инвестиций, создано 40 совместных предприятий. Узбекистан - второй в мире экспортер хлопкового волокна, причем руководство республики ставит задачу довести переработку "белого золота" внутри страны до 50 процентов от выращенного урожая.

Руководство страны делает ставку на диверсификацию экономики, развитие новых современных отраслей. За последнее время заметно выросли объемы авиастроения, открыт новый завод по переработке нефти в Джаркургане, появились успехи в сфере информационно-коммуникационных технологий.

Конечно, подниматься в гору всегда тяжелее, чем спускаться в овраг. Такой путь к самостоятельности одобряют далеко не все. Кое-кто не хочет терпеть трудности, неизбежные при защите отечественного производителя. Кое-кто вовсе не намерен быть производителем, искренне веря, что можно долго потреблять, ничего не производя. Противостоять соблазнам "заокеанских дядюшек" сложно, но, как показывает опыт, только опора на собственные силы дает долговременный стабильный результат.

Скажем, лет тридцать-сорок назад весь мир ожидал бурного процветания Африки, за считанные годы почти полностью освободившейся от колониальной зависимости. А, например, порт Сингапур в Юго-Восточной Азии казался обреченным на скромную роль перевалочной базы да центра обслуживания кораблей. Но почти все африканские государства либо сделали ставку на торговлю необработанным сырьем, оставляя основную часть своих граждан вне производства, либо и вовсе ограничились выпрашиванием подачек у бывших метрополий. А бессменный с 1965-го по 1990-й год премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю нацелил страну на обслуживание мировых финансовых потоков и, главное, на высокотехнологичное производство. В результате уже к концу его карьеры золотовалютный запас Сингапура превысил девяносто миллиардов долларов, а годовой доход надушу населения -двенадцать тысяч. Африка же-за немногими исключениями - с каждым годом разоряется все страшнее.

Конечно, стратегическое решение неизбежно выливается в долгую цепь тактических задач. Решение каждой из них требует особых усилий. Если не видеть конечной цели, есть опасность либо сбиться с пути, либо просто разочароваться в движении.

Судя по нынешнему ходу развития Узбекистана, можно надеяться, что страна сумеет выйти на перевал, за которым сможет свободно выбирать и стратегическое направление, и тактические способы дальнейшего прогресса.